HR
PR
SMM
Подписка

Подпишитесь на обновления, чтобы не пропустить свежие новости

Российский бизнес глазами и руками американского фермера Российский бизнес глазами и руками американского фермера

Какими глазами смотрит на российскую действительность фермер, решивший открыть сырное производство под Красноярском, приехав из Америки? Бизнес известного хохотуна, фермера Джастаса Уолкера по-русски.


Особенности бизнеса по-русски

Бизнес по-русски — это готовность ко всему. В бизнесе всегда нужно быть готовым к перемене обстановки, а в бизнесе по-русски эту нестабильность нужно умножать на два, потому что есть меняющаяся обстановка на рынке, есть постоянно обновляющиеся законы и т. д. Я думаю, что за последние 14-15 лет произошло сильное развитие капиталистической или псевдокапиталистической экономики в России, по сравнению с 90-ми годами, когда обстановка менялась каждый день. Конечно, не всё доведено до идеала, есть чему поучиться у Запада в позитивном плане, есть что посмотреть и в качестве негативных примеров.

Позитивный пример касаемо сельского хозяйства. В Соединённых Штатах почти 70 % земли находится в частных руках, и это является гарантом успеха для народа. Если ты приедешь в американское село, люди там могут быть капитально бедными, но они богаты землёй, и это их оплот. России стоит взять это в качестве положительного примера и перевести земельный фонд в частные гражданские руки. 

Можем вспомнить и негативный пример в области сельского хозяйства в США. В 70-е годы происходило сильное лоббирование агрохолдингов, которые в течение 15 лет обеспечивали большое количество закупок. Это помогало крупным корпорациям в ущерб мелким фермерам. С тех времён закрылось почти сто тысяч хозяйств. Общее количество пашен не уменьшилось, но мелкие хозяйства позакрывались. К чему это приводит? Вместо того, чтобы на рынке были миллионы мелких хозяйств, есть десятки больших оптовиков. С точки зрения закона и госаппарата — проще собирать налоги, но со стороны долгосрочной экономики страны и со стороны экологии, природы, качества потребляемого продукта, намного лучше, чтобы производство было распределено. Если агропром стоит на двадцати хозяйствах, со смертью одного из них рушится целый сегмент, а когда у тебя два миллиона хозяйств, если несколько из них умрут, это, конечно, будет чьим-то горем, но это не повлияет на общую экономику страны — такая система более устойчива.

Можно ли в Штатах проснуться и обнаружить, что твои козы зарезаны, кони загнаны, а сено спёрто, как это случилось со мной в России? Ну конечно, всякое бывает. Везде есть люди, которые могут какую-нибудь пакость сотворить. Однако в Штатах есть такая вещь, как Вторая поправка к Конституции — право хранить и носить оружие, так что сено может оказаться для вора весьма дорогим. (Хохочет.)

Каково быть американцем в России

 
Сейчас, после определённой известности, которая пришла после интервью, конечно, быть американцем Джастасом Уолкером хорошо. Но до этого момента я никогда не ощущал, что это большой плюс. Да, забавно, да интересно, но это не было таким большим плюсом. У меня были клиенты из соседнего посёлка, покупавшие молоко, которые, когда на следующей неделе мы к ним приехали, с отвращением заявляли: «А у вас бодяжное молоко, вы туда воду доливаете». Я говорю: «Давайте посмотрим, давайте ареометр поставим, я могу доказать», — отвечают: «Нет! Вы там всех обманываете!». Вот что ты будешь делать? 

Не было такого, чтобы сказали: «Вот Джастас американец, он не обманет». Я не видел, чтобы национальность имела какое-то значение. А вот в получении земли, в земельных вопросах это больная тема, отношение однозначно отрицательное. Мол, «вот Джастас, приехал оккупант». 

Один из самых больших плюсов в моей жизни — это то, что я американец, мои родители в Штатах, и у меня связи за рубежом. В большинстве моих начинаний были займы с небольшими процентами или дружеские займы под 10 %, поэтому, когда сейчас говорят про кредитование для малого бизнеса в России и говорят, что у них дешёвые кредиты, всего под 20 %, я только смеюсь и повторяю: убереги, Господи. Так что это единственная большая польза от того, что я американец — не столько в рыночных отношениях, сколько именно в кредитовании.

О религии и предпринимательстве

 
Любовь западных иностранцев к труду — плод протестантской трудовой этики. Она берёт начало из идеи, что трудом занимались ещё в райском саду, до грехопадения. Во всех остальных мифах и рассказах о мироздании труд — это последствие грехопадения. Поэтому, если вы хотите попасть в место, где грех больше не царствует над нами, — трудитесь! Это такой позитивный взгляд, потому что, даже когда не было греха, человеку нужно было работать. Возможно, такой взгляд нам и нужен сегодня. Мы осознаём, что труд лежит в корне нашего естества, благодаря ему мы являемся людьми. Я повторюсь: отпечаток Бога в человеке — это то, что он тоже творец, создающий вокруг себя порядок. Поэтому я считаю, что эта протестантская идея оставляет отпечаток на том, что мы делаем. 

Мне кажется, что католицизм и православие в какой-то мере ставят акцент больше на страданиях, на том, что нужно перетерпеть муки. А протестантство несёт идею, что да, есть страдания, иногда приходится терпеть, но мы всё-таки созданы по образу и подобию Бога, в конце концов, и вы созданы не для того, чтобы страдать, а для того, чтобы творить. Это разный взгляд на жизнь.

Я думаю, что эти ценности напрямую поддерживают предпринимательство. И посеять их можно в любой культуре и в любой стране.
Прежде всего, потому что это не просто последствия определённой философии, это есть в природе, в том, чем мы являемся. Когда человек начинает смотреть на себя как на творца — видеть свой путь как путь творца небольшого участка жизни, он перестаёт смотреть на себя как на жертву обстоятельств, начинает развиваться. И мне кажется, что мы все в глубине души не хотим быть жертвой чьих-то махинаций. В этом есть определённое утешение, но, тем не менее, каждый из нас чувствует желание самовыражения. Поэтому эти ценности есть во всех людях — хоть иногда они и глубоко закопаны, но они есть. Когда мы начинаем об этом рассуждать, появляется резонанс, который служит основой для того, чтобы развивать эти ценности. Нам нужны здоровые примеры, нужно, чтобы законодательный аппарат не мешал. Многие говорят, что капитализм в своей чистой форме, в сегодняшнем виде — это один из немногих «-измов», которые порождены естественными причинами. Если над тобой нет госаппарата, если нет никакого насилия над твоим делом, то тут царствует капитализм, закон обмена — то есть люди не бьют друг друга, они меняют одно на другое — это и есть капитализм. Большинство остальных «-измов» требуют упорядоченного человеческого сообщества. Поэтому каждый чувствует, что бить своего соседа, воровать у него не совсем хорошо, а меняться с ним — это в порядке вещей. Поэтому капитализм будет развиваться.

На мой взгляд, в России есть два вида православия. Есть номинальное — «я православный, потому что русский, родился в России, а у нас православная страна». С такими православными общаться или забавно, или страшно. Они либо не знают практически ничего о своей вере, либо они радикалы без сознания христианства и его ценностей. Это очень страшно — как и любая вера, которая поверхностна. Второй вид православия — это те люди, которые понимают уставы Церкви, понимают, о чём говорит русское православное вероучение. С ними мне хорошо. Всё-таки православие и протестантизм — это не разные религии. Это два ответвления одного течения. Есть моменты, в которых я могу поспорить со своим православным братом, но у нас есть хорошее понимание принципов, общее понимание вещей, общая точка опоры. 

У меня есть брат, искренне верующий православный, который посещает церковь и старается жить по уставу. Как-то он мне задолжал немаленькую сумму денег, и мы, глядя на наши общие христианские ценности, смогли прийти к столу переговоров и пообщаться, не судясь. Это вообще хорошее место встреч — мы ищем одного, наш Бог один, это помогает. С искренними православными здорово, они знают, что делают и чего ищут, а с остальными, номинальными, либо смешно, либо страшно.

О парадоксах русского характера

 
У каждого народа есть свои парадоксы — одна и та же черта характера проявляется весьма противоречиво. В России это чрезмерная терпеливость русского народа. Русский может вспылить на ровном месте (особенно это заметно в женщинах, которые могут закатить скандал в ресторане, где им что-то неправильно подали), а в бытовых ситуациях они могут быть очень терпеливыми, такими долгострадающими. Если посмотреть на русскую историю, там было много народных страданий, и, возможно, это оставило отпечаток. Здесь есть свои плюсы и минусы — можно перетерпеть трудности, которые другие не смогли бы, но иногда стоило бы и постоять за себя, дать отпор. Это не перестаёт меня удивлять: проявление возмущения в мелочах и терпение в вещах, которые терпеть бы не стоило.
Есть и другие парадоксальные моменты. Именно та черта, которая является хорошей, позитивной, является и минусом — это русский пофигизм. 

Строишь какой-нибудь амбар или другое сооружение: «Тут уровни что-то не совпадают», — «Да пофигу!» И совсем другое: «Ой, немцы уже под Москвой!» — «Да пофигу, мы отвоюем, отстоим свою землю». Мне кажется, что слишком часто люди становятся такими диванными профессорами: не разобрав как следует ситуацию, начинают говорить, что то или иное не будет работать; находят семь сотен причин, чтобы не вставать с дивана. И в русской душе есть пофигизм, когда человек говорит: «Да пофиг, пойдём сделаем». С позитивной стороны этот пофигизм можно назвать «Глаза боятся, а руки сделают». Вот это — хорошая русская действительность.

О российском сельском хозяйстве

 
Самая сильная сторона сельского хозяйства в России — это его будущее. У нас в России самый большой фонд чернозёма, самые большие запасы пресной воды в мире. Наши широты — не такой уж и север, как говорят. Канада занимается сельским хозяйством на широкую ногу, приблизительно как мы. У меня есть друзья на Аляске, они морковные фермеры, так что не нужно говорить, что мы находимся слишком далеко на севере. В современных условиях с хорошими селекционными семенами можно вырастить всё. Понятно, что в Сибири не вырастить помело*, но, тем не менее, основные продукты, нужные для жизни, там можно получить в огромных количествах. Большой плюс, что у нас есть такое природное богатство, и сейчас его нужно перевести в народное достояние. За 10-15 лет можно превратиться из страны, которая импортирует продукты питания, в страну, которая кормит весь мир. К югу от нас лежит Азия, которая весь свой многомиллиардный рынок сбыта просто съедает. У них реально не хватает практически всего, чтобы кормиться. Мы должны приглядывать за такой перспективой и работать на Азию, удовлетворять их продовольственные потребности. Первый шаг в эту сторону — перестать импортировать «оттуда», чтобы русские ели свою собственную продукцию, а потом начать продавать её за рубеж. Те хозяйства, которые начнут выполнять первую цель, создадут прочную платформу для достижения второй. 


О счастье

 
Я — полностью счастливый человек. Секрет счастья в том, чтобы знать свои цели и достигать их. Мы созданы Богом для того, чтобы творить вокруг себя рай. И когда мы знаем, в чём заключается наш рай, мы строим его — в том числе так делают и бизнесмены, как люди творческого характера.

__________________________________ 

* Помело – здесь: фрукт подсемейства цитрусовых.