Подписка

Подпишитесь на обновления, чтобы не пропустить свежие новости

Управление гневом

Управление гневом

Не всегда исполнители нас радуют качеством или своевременностью выполненной работы. Иногда сотрудники так раздражают, что праведному гневу и возмущению просто нет предела! Бывает, не так просто воспитать корпоративное поведение. И, кажется, иногда просто невозможно повлиять на собственное отношение к поведению отдельных членов коллектива. Что делать во всех этих случаях? Советами делится руководитель издательства «Печатные проекты» Андрей Жданов, к. п. н. и психолог.


Недостатки

— Андрей, как бороться с недостатками исполнителей?

— Люди рассуждают о корпоративном поведении при помощи слов. При этом самим словам мы придаём незаслуженно мало значения. А ведь слово — это основа, положенная в начало любого суждения, «кирпичик», при помощи которого строятся «сооружения» наставлений, убеждений, доказательств.

Каждое слово наполнено смыслом. И когда про смысловое содержание слов люди забывают (или попросту не задумываются об этом), наши споры о корпоративном поведении наполняются привычными, но совершенно бессмысленными утверждениями. Вот наиболее яркий пример ошибочного утверждения: «С недостатками нужно бороться!»

Эта установка по поводу «борьбы с недостатками» укоренилась у нас очень прочно. Многие заказчики, начальники воспринимают недостатки исполнителей как сорняки, которые необходимо искоренять — то есть буквально: вырывать с корнем, выкорчёвывать. Люди искренне верят в этот бред и, не задумываясь, выкорчёвывают в подчинённых то, что — наоборот — требует трепетного внимания, взращивания и восполнения.

Вчитайтесь и вдумайтесь в само слово: недостаток.

Недостаток — это то, чего человеку недостаёт, чего ему не хватает, что требуется восполнить.

Если у вас, к примеру, в доме обнаружился недостаток соли, хлеба, или вдруг денег стало недоставать, вы ведь не станете ругать солонку, наказывать хлебницу и «искоренять» кошелёк?

Во всём, что не касается воспитания (в том числе и корпоративного), отношение к недостаткам вполне разумное: мы стараемся восполнить то, чего нам недостаёт. Когда становится холодно, и мы ощущаем недостаток тепла, можно, конечно, поворчать на погоду, но разумнее надеть тёплую одежду или включить обогреватель. И сразу станет хорошо.

Точно так же следует относиться и к недостаткам людей. Не заострять своё внимание на пороках, а воспитывать и развивать то, что в сотрудниках, на наш взгляд, ещё недостаточно развито.


— африканское племя, где человека, совершившего ошибку, ставят в круг и в течение двух дней говорят ему обо всём хорошем, что он сделал в жизни. А приведите пример с таким недостатком как лень.

— Самый показательный пример «борьбы с недостатками»: мы боремся с лентяями, нагнетаем страх, повышаем голос, обзываем их дурными словами. Но лень — это не просто недостаток, — это, прежде всего, недостаток трудолюбия! А «трудолюбие» — сложное, то есть «сложенное из двух понятий» слово: в нём объединены «труд» и «любовь». Но обратите, пожалуйста, внимание, на какую часть слова наш язык ставит ударение: трудо-любие. Ударение ставится на «ю», на «любие», на «любовь». И это всё объясняет.

Мне знакома семья, где хозяйка — редкая чистюля. Она не успокоится, пока не оботрёт всю пыль, не надраит до блеска полы и не вымоет посуду. Пока она дома одна, чистоту наводит, напевая песенки. Но стоит появиться домочадцам — женщина меняется на глазах. Начинает ворчать, доводит себя до крайней степени раздражения: мол, все постоянно шастают, мешают, разносят грязь, устраивают беспорядок: «Не уважают труд матери». Что в итоге усваивают её дети? Они, конечно же, видят, что мама выполняет ежедневную работу по дому. Но с каким лицом, с какими стонами!

Важен не только труд, но и отношение к нему. Если вы демонстрируете раздражение по поводу домашней работы, дети будут относиться к полам и посуде с тем же раздражением, что прочли в вашем поведении. Они уже усваивают всё, что видят и слышат.

Такая же ситуация обнаруживается на работе: начальник недоволен тем, как выполнили его поручение, как прочитали доклад или что несвоевременно сделали работу. А исполнитель видит в первую очередь недовольство по поводу его — исполнителя — усилий. Без разбора, что, как и почему. Начальник раздражён тем, сколько ему работы прилетело, или не поделил что-то по проекту с коллегой, а сотрудники считывают: «трудиться с любовью невозможно».

Повторяю ещё раз: в слове «трудолюбие» два корневых смысла: «труд» и «любовь». И в воспитании трудолюбия любовь стоит на первом месте, хоть и пишется во вторую очередь.

Если вы не любите свой труд и терпеть не можете лентяев, вам вряд ли стоит браться за воспитание трудолюбия.

Вспомните своих учителей: какой предмет был самым любимым в школе? Не знаю, как у вас, а у меня — тот, что вёл любимый учитель, влюблённый в своё дело.


Корпоративное воспитание

— Получается, у разозлённого руководителя недостаток «злость» можно трактовать как недостаток доброты? И если так, то что делать с этим недостатком?

— И не только у руководителя. Говоря про недостатки, мы часто недоговариваем мысль до конца. Отсюда и возникают заведомо ложные суждения вроде призыва «искоренять недостатки».

Если следовать смыслу, изначально заложенному в слово, по недостатку следует давать воспитание — то есть питать, наполнять, взращивать в сотруднике недостающие качества. А если вы не готовы тратить времени и сил на питание коллектива, берите на работу исключительно воспитанных.


— А как определить задачи воспитания?

— Задача — понятное и ясное русское слово: это то, что задано, дано. И если задача поставлена, её нужно решать.

Например, в случае со злостью решение очевидно: исправить положение можно, наполняя человека тем, чего ему явно недостаёт, — добротой и нежностью. Не отвечать злостью на злость, а, дождавшись, когда человек полностью выговорится и выплеснет из себя очередной заряд душевной отравы, отреагировать в прямо противоположной манере.

Мне запомнились три случая, когда разные люди по-своему отвечали на вспышки моего неразумного гнева. Один приятель обиделся и год со мной не разговаривал. Другой пожал плечами и сказал: «Лучше я завтра к тебе зайду. Сегодня ты явно не в настроении». А случайно попавшая под мой гнев барышня восхищённо заявила: «Никогда не думал, что тебя можно довести до ярости! Это же настоящее представление! Сможешь повторить?» Конечно же, ничего «повторить» я не смог, потому что нас обоих разобрал смех. Но я осознал свою слабость: меня легко вывести из себя. Гнева во мне столь много, что достаточно чиркнуть спичкой — тут же будет взрыв. Добрых отношений на такой основе не выстроишь.


Возмущение

— Но как быть, если возмущению от рабочей ситуации нет предела?

— В нашей стране обличать разрушительную силу возмущения не так-то просто, потому что несколько поколений выросли под слова главной государственной песни: «Кипит наш разум возмущённый и смертный бой вести готов...»

Слова нового гимна мало кто помнит, зато боевой клич прирождённых борцов до сих пор, как говорится, «не задушишь, не убьёшь».

Во многих семьях воспитание — сродни кулачным боям. И всякий раз бой родителей с детьми — решительный и «смертный». Чего стоят угрозы вооружившегося ремнём папаши: «Зашибу! Забью насмерть!»? Так выражается у нас родительская любовь...

Потом эти дети идут в учебные заведения, где обмениваются семейным опытом. Прибавив к имеющейся эмоциональной базе профессиональные знания, устраиваются на работу — и:

«Из искры возгорится пламя...»
«Кипит наш разум возмущённый...»

Однако вчитаемся в слово «возмущение». Оно происходит от глагола «возмутиться» — то есть поднять в себе всю имеющуюся в душе муть, грязь, накопленный горький осадок.

Когда мы возмущены, наши мысли, чувства, слова — всё мутное, всё грязное, всё отравлено. Что может дать возмущённый человек? Да ничего хорошего — кроме собственных душевных помоев, поднятых с самого дна души и расплёскиваемых вокруг вместе со слюной, угрозами и проклятиями.

Когда разум кипит, он — как настоящий кипяток — способен нанести болезненные ожоги всему и всем, кто попадает в поле его внимания и «заботы».

Казалось бы, так просто дойти до столь очевидной мысли: «Возмутиться — значит поднять в себе душевную муть». Но каково это было понять и принять поколению, которое убедили, что самые лучшие помыслы и самые высокие порывы соответствуют состоянию, когда «кипит наш разум». Вот мы и «кипели»...

Многие и сейчас «кипят», считая совершенно оправданным общаться с коллегами в состоянии бешенства. И мало у кого вызывает опасение состояние, когда мы выходим из себя.


— Как противостоять привычке возмущаться по любому поводу?

— Сохранять рассудок в ясном и незамутнённом состоянии.

Главное отличие мудрого человека — ясный ум и здравый смысл. «Здравый» — то есть здоровый, не отравленный мутной злобой и болезненными домыслами.

А если уж случится, что по укоренившейся привычке разум вдруг вскипит, и вас потянет на «смертный бой» с коллегами, найдите в себе силы, чтобы в их присутствии не из себя выходить — а выйти из кабинета, из офиса, из разрушительного общения. Полезнее будет прогуляться, подышать свежим воздухом и успокоиться.


— Реакция на тот или иной раздражитель зиждется на отношении человека. Если так, то насколько просто перевоспитать отношение?

— «Отношение» — тоже говорящее слово. В нём явно просматриваются две смысловые части. Приставка «от-» указывает на отделение от себя: мы что-то отдаём другим. Вторая часть слова («-ношение») подразумевает мысли, чувства, настроения, которые мы постоянно «носим с собой», «носим в душе». Это как «ношение оружия», которым человек должен научиться пользоваться, но быть весьма осторожным в применении.

Отношение — это воспитанные и усвоенные человеком чувства, ценности, предрассудки, потребности и желания. Всё это мы «носим в душе» и готовы этим делиться с окружающими.

Если я переполнен добротой, моё отношение к людям, к себе и к жизни в целом — доброе, незлобливое и приятное. Но если душа полна злобы и зависти — эти ведьмы обязательно напомнят о себе, стоит лишь расслабиться. Это та самая «муть», что частенько рвётся наружу, подталкивая нас к гневу и возмущению.

Плохие отношения изменить к лучшему достаточно «просто» — но не «легко».

Люди постоянно путают понятия «легко» и «просто», «трудно» и «сложно», потому что не вдумываются в то, о чём говорят. Но если вдуматься, всё очень стройно получается.

«Простое» противостоит «сложному», а «лёгкое» — «трудному», «тяжкому», «непосильному». Иногда простой поступок — например, попросить прощения за грубость — это непосильный труд, потому что обидчик уверен, что «извиняются только слабаки». А такое сложное дело, как вязание, многие считают настолько лёгким занятием, что расслабляются и даже отдыхают со спицами в руках.

Так вот, изменить своё отношение к коллегам просто, потому что требуется запомнить только одно правило. Но придерживаться этого правила трудно, потому что оно противоречит всему нашему прежнему опыту — всё время приходится преодолевать старые привычки, пока не наберут силу новые.

Вот это простое правило. При помощи часов вы замеряете длительность похвалы своих сотрудников и сравниваете этот показатель с продолжительностью возмущения, если таковое случится.

Можно замерить не время, а количество слов — сколько их непроизвольно слетает с языка, когда вы довольны сотрудниками, и сколько слов вы произносите, когда недовольны. Всё очень просто.

Другими словами, что вам даётся легче — хвалить или ругать? Поощрять своим вниманием лучшие черты служащего или закреплять худшие?

Мои личные замеры на начальном этапе самовоспитания показали, что я могу безостановочно хвалить 10 секунд, а ругаюсь без устали пять минут, то есть почти 300 секунд. Таким образом, моё «плохое отношение» в 30 раз превышало готовность поощрять достойное поведение человека. 300:10 = 30. При таком соотношении его «плохое поведение» получало мою подпитку в 30 раз большую, чем «добрые дела»!