HR
PR
SMM
Подписка

Подпишитесь на обновления, чтобы не пропустить свежие новости

Управление гневом Управление гневом

Не всегда исполнители нас радуют качеством или своевременностью выполненной работы. Иногда сотрудники так раздражают, что праведному гневу и возмущению просто нет предела! Бывает, не так просто воспитать корпоративное поведение. И, кажется, иногда просто невозможно повлиять на собственное отношение к поведению отдельных членов коллектива. Что делать во всех этих случаях? Советами делится руководитель издательства «Печатные проекты» Андрей Жданов, к. п. н. и психолог.


Недостатки

— Андрей, как бороться с недостатками исполнителей?

— Люди рассуждают о корпоративном поведении при помощи слов. При этом самим словам мы придаём незаслуженно мало значения. А ведь слово — это основа, положенная в начало любого суждения, «кирпичик», при помощи которого строятся «сооружения» наставлений, убеждений, доказательств.

Каждое слово наполнено смыслом. И когда про смысловое содержание слов люди забывают (или попросту не задумываются об этом), наши споры о корпоративном поведении наполняются привычными, но совершенно бессмысленными утверждениями. Вот наиболее яркий пример ошибочного утверждения: «С недостатками нужно бороться!»

Эта установка по поводу «борьбы с недостатками» укоренилась у нас очень прочно. Многие заказчики, начальники воспринимают недостатки исполнителей как сорняки, которые необходимо искоренять — то есть буквально: вырывать с корнем, выкорчёвывать. Люди искренне верят в этот бред и, не задумываясь, выкорчёвывают в подчинённых то, что — наоборот — требует трепетного внимания, взращивания и восполнения.

Вчитайтесь и вдумайтесь в само слово: недостаток.

Недостаток — это то, чего человеку недостаёт, чего ему не хватает, что требуется восполнить.

Если у вас, к примеру, в доме обнаружился недостаток соли, хлеба, или вдруг денег стало недоставать, вы ведь не станете ругать солонку, наказывать хлебницу и «искоренять» кошелёк?

Во всём, что не касается воспитания (в том числе и корпоративного), отношение к недостаткам вполне разумное: мы стараемся восполнить то, чего нам недостаёт. Когда становится холодно, и мы ощущаем недостаток тепла, можно, конечно, поворчать на погоду, но разумнее надеть тёплую одежду или включить обогреватель. И сразу станет хорошо.

Точно так же следует относиться и к недостаткам людей. Не заострять своё внимание на пороках, а воспитывать и развивать то, что в сотрудниках, на наш взгляд, ещё недостаточно развито.


— африканское племя, где человека, совершившего ошибку, ставят в круг и в течение двух дней говорят ему обо всём хорошем, что он сделал в жизни. А приведите пример с таким недостатком как лень.

— Самый показательный пример «борьбы с недостатками»: мы боремся с лентяями, нагнетаем страх, повышаем голос, обзываем их дурными словами. Но лень — это не просто недостаток, — это, прежде всего, недостаток трудолюбия! А «трудолюбие» — сложное, то есть «сложенное из двух понятий» слово: в нём объединены «труд» и «любовь». Но обратите, пожалуйста, внимание, на какую часть слова наш язык ставит ударение: трудо-любие. Ударение ставится на «ю», на «любие», на «любовь». И это всё объясняет.

Мне знакома семья, где хозяйка — редкая чистюля. Она не успокоится, пока не оботрёт всю пыль, не надраит до блеска полы и не вымоет посуду. Пока она дома одна, чистоту наводит, напевая песенки. Но стоит появиться домочадцам — женщина меняется на глазах. Начинает ворчать, доводит себя до крайней степени раздражения: мол, все постоянно шастают, мешают, разносят грязь, устраивают беспорядок: «Не уважают труд матери». Что в итоге усваивают её дети? Они, конечно же, видят, что мама выполняет ежедневную работу по дому. Но с каким лицом, с какими стонами!

Важен не только труд, но и отношение к нему. Если вы демонстрируете раздражение по поводу домашней работы, дети будут относиться к полам и посуде с тем же раздражением, что прочли в вашем поведении. Они уже усваивают всё, что видят и слышат.

Такая же ситуация обнаруживается на работе: начальник недоволен тем, как выполнили его поручение, как прочитали доклад или что несвоевременно сделали работу. А исполнитель видит в первую очередь недовольство по поводу его — исполнителя — усилий. Без разбора, что, как и почему. Начальник раздражён тем, сколько ему работы прилетело, или не поделил что-то по проекту с коллегой, а сотрудники считывают: «трудиться с любовью невозможно».

Повторяю ещё раз: в слове «трудолюбие» два корневых смысла: «труд» и «любовь». И в воспитании трудолюбия любовь стоит на первом месте, хоть и пишется во вторую очередь.

Если вы не любите свой труд и терпеть не можете лентяев, вам вряд ли стоит браться за воспитание трудолюбия.

Вспомните своих учителей: какой предмет был самым любимым в школе? Не знаю, как у вас, а у меня — тот, что вёл любимый учитель, влюблённый в своё дело.


Корпоративное воспитание

— Получается, у разозлённого руководителя недостаток «злость» можно трактовать как недостаток доброты? И если так, то что делать с этим недостатком?

— И не только у руководителя. Говоря про недостатки, мы часто недоговариваем мысль до конца. Отсюда и возникают заведомо ложные суждения вроде призыва «искоренять недостатки».

Если следовать смыслу, изначально заложенному в слово, по недостатку следует давать воспитание — то есть питать, наполнять, взращивать в сотруднике недостающие качества. А если вы не готовы тратить времени и сил на питание коллектива, берите на работу исключительно воспитанных.


— А как определить задачи воспитания?

— Задача — понятное и ясное русское слово: это то, что задано, дано. И если задача поставлена, её нужно решать.

Например, в случае со злостью решение очевидно: исправить положение можно, наполняя человека тем, чего ему явно недостаёт, — добротой и нежностью. Не отвечать злостью на злость, а, дождавшись, когда человек полностью выговорится и выплеснет из себя очередной заряд душевной отравы, отреагировать в прямо противоположной манере.

Мне запомнились три случая, когда разные люди по-своему отвечали на вспышки моего неразумного гнева. Один приятель обиделся и год со мной не разговаривал. Другой пожал плечами и сказал: «Лучше я завтра к тебе зайду. Сегодня ты явно не в настроении». А случайно попавшая под мой гнев барышня восхищённо заявила: «Никогда не думал, что тебя можно довести до ярости! Это же настоящее представление! Сможешь повторить?» Конечно же, ничего «повторить» я не смог, потому что нас обоих разобрал смех. Но я осознал свою слабость: меня легко вывести из себя. Гнева во мне столь много, что достаточно чиркнуть спичкой — тут же будет взрыв. Добрых отношений на такой основе не выстроишь.


Возмущение

— Но как быть, если возмущению от рабочей ситуации нет предела?

— В нашей стране обличать разрушительную силу возмущения не так-то просто, потому что несколько поколений выросли под слова главной государственной песни: «Кипит наш разум возмущённый и смертный бой вести готов...»

Слова нового гимна мало кто помнит, зато боевой клич прирождённых борцов до сих пор, как говорится, «не задушишь, не убьёшь».

Во многих семьях воспитание — сродни кулачным боям. И всякий раз бой родителей с детьми — решительный и «смертный». Чего стоят угрозы вооружившегося ремнём папаши: «Зашибу! Забью насмерть!»? Так выражается у нас родительская любовь...

Потом эти дети идут в учебные заведения, где обмениваются семейным опытом. Прибавив к имеющейся эмоциональной базе профессиональные знания, устраиваются на работу — и:

«Из искры возгорится пламя...»
«Кипит наш разум возмущённый...»

Однако вчитаемся в слово «возмущение». Оно происходит от глагола «возмутиться» — то есть поднять в себе всю имеющуюся в душе муть, грязь, накопленный горький осадок.

Когда мы возмущены, наши мысли, чувства, слова — всё мутное, всё грязное, всё отравлено. Что может дать возмущённый человек? Да ничего хорошего — кроме собственных душевных помоев, поднятых с самого дна души и расплёскиваемых вокруг вместе со слюной, угрозами и проклятиями.

Когда разум кипит, он — как настоящий кипяток — способен нанести болезненные ожоги всему и всем, кто попадает в поле его внимания и «заботы».

Казалось бы, так просто дойти до столь очевидной мысли: «Возмутиться — значит поднять в себе душевную муть». Но каково это было понять и принять поколению, которое убедили, что самые лучшие помыслы и самые высокие порывы соответствуют состоянию, когда «кипит наш разум». Вот мы и «кипели»...

Многие и сейчас «кипят», считая совершенно оправданным общаться с коллегами в состоянии бешенства. И мало у кого вызывает опасение состояние, когда мы выходим из себя.


— Как противостоять привычке возмущаться по любому поводу?

— Сохранять рассудок в ясном и незамутнённом состоянии.

Главное отличие мудрого человека — ясный ум и здравый смысл. «Здравый» — то есть здоровый, не отравленный мутной злобой и болезненными домыслами.

А если уж случится, что по укоренившейся привычке разум вдруг вскипит, и вас потянет на «смертный бой» с коллегами, найдите в себе силы, чтобы в их присутствии не из себя выходить — а выйти из кабинета, из офиса, из разрушительного общения. Полезнее будет прогуляться, подышать свежим воздухом и успокоиться.


— Реакция на тот или иной раздражитель зиждется на отношении человека. Если так, то насколько просто перевоспитать отношение?

— «Отношение» — тоже говорящее слово. В нём явно просматриваются две смысловые части. Приставка «от-» указывает на отделение от себя: мы что-то отдаём другим. Вторая часть слова («-ношение») подразумевает мысли, чувства, настроения, которые мы постоянно «носим с собой», «носим в душе». Это как «ношение оружия», которым человек должен научиться пользоваться, но быть весьма осторожным в применении.

Отношение — это воспитанные и усвоенные человеком чувства, ценности, предрассудки, потребности и желания. Всё это мы «носим в душе» и готовы этим делиться с окружающими.

Если я переполнен добротой, моё отношение к людям, к себе и к жизни в целом — доброе, незлобливое и приятное. Но если душа полна злобы и зависти — эти ведьмы обязательно напомнят о себе, стоит лишь расслабиться. Это та самая «муть», что частенько рвётся наружу, подталкивая нас к гневу и возмущению.

Плохие отношения изменить к лучшему достаточно «просто» — но не «легко».

Люди постоянно путают понятия «легко» и «просто», «трудно» и «сложно», потому что не вдумываются в то, о чём говорят. Но если вдуматься, всё очень стройно получается.

«Простое» противостоит «сложному», а «лёгкое» — «трудному», «тяжкому», «непосильному». Иногда простой поступок — например, попросить прощения за грубость — это непосильный труд, потому что обидчик уверен, что «извиняются только слабаки». А такое сложное дело, как вязание, многие считают настолько лёгким занятием, что расслабляются и даже отдыхают со спицами в руках.

Так вот, изменить своё отношение к коллегам просто, потому что требуется запомнить только одно правило. Но придерживаться этого правила трудно, потому что оно противоречит всему нашему прежнему опыту — всё время приходится преодолевать старые привычки, пока не наберут силу новые.

Вот это простое правило. При помощи часов вы замеряете длительность похвалы своих сотрудников и сравниваете этот показатель с продолжительностью возмущения, если таковое случится.

Можно замерить не время, а количество слов — сколько их непроизвольно слетает с языка, когда вы довольны сотрудниками, и сколько слов вы произносите, когда недовольны. Всё очень просто.

Другими словами, что вам даётся легче — хвалить или ругать? Поощрять своим вниманием лучшие черты служащего или закреплять худшие?

Мои личные замеры на начальном этапе самовоспитания показали, что я могу безостановочно хвалить 10 секунд, а ругаюсь без устали пять минут, то есть почти 300 секунд. Таким образом, моё «плохое отношение» в 30 раз превышало готовность поощрять достойное поведение человека. 300:10 = 30. При таком соотношении его «плохое поведение» получало мою подпитку в 30 раз большую, чем «добрые дела»!