Подписка

Подпишитесь на обновления, чтобы не пропустить свежие новости

Бизнес на натуральных продуктах, по-иркутски

Бизнес на натуральных продуктах, по-иркутски

Сергей Перевозников из тех людей, с которыми не заскучаешь. Настоящий предприниматель, он, кажется, постоянно «генерит» идеи и проекты. Конечно, не все из них и не сразу становятся высокодоходными. Но наш собеседник не боится пробовать, развивать, а если нужно, то и продавать, закрывать и переключаться на что-то новое и более перспективное.


«Бизнесов у меня много было, – улыбается Сергей. – Вот некоторые люди закончат институт и всю жизнь в одной сфере, в одной тусовке. А я столько раз уже кардинально менял направление. Иногда встречаю человека и пытаюсь вспомнить, в какой жизни я с ним знаком. Транспорт? Строительство? Туризм?»

На заре российского капитализма Перевозников (по образованию инженер-механик на железной дороге) строил дома и дачи, потом держал парк маршруток, торговал металлопрокатом, основал турфирму и интернет-портал «Байкалинфо».

Сегодня, публикуя интервью и экспертные мнения, СМИ представляют Сергея как «председателя комитета по предпринимательству в аграрно-промышленной сфере при Торгово-промышленной палате Восточной Сибири, владельца фермерского хозяйства и магазина «Эко-базар.рф», председателя сельского хозяйственного кооператива «Ольхонский» и инициатора проекта «Народная сыроварня».

Сергей, как вы вдруг в сельском хозяйстве оказались? Неужели этот бизнес выгоднее, чем поставки металлопроката?

Металлопрокат – дело прибыльное, но скучное. Я в силу советского воспитания торговлю никогда не жаловал, хотя использовал как способ быстро заработать определенный капитал. В общем, со временем я продал свою долю в «металлическом» бизнесе партнёрам. Попробовал себя в туризме, и мы вошли, наверное, в тройку крупнейших туркомпаний региона. Но стало понятно, что Байкал – слишком маленький для большого оператора.

И я стал фермером в… (считает) в 2006 году. Опа! Десять лет уже! Вот это повод для банкета (от души смеется).

В 2006-м?.. Тогда, кажется, на российское сельское хозяйство ещё не возлагали таких больших надежд как сейчас, когда все говорят об «импортозамещении» и «продовольственной безопасности». Традиционно считалось, что денег в сельском хозяйстве нет...

Деньги в сельском хозяйстве есть. Другое дело, что и проблем там валом – и системных, и управленческих.

Например, ценовой диспаритет. Обидно, но факт. И вряд ли мы что-то с этим сделаем. Приходится принимать это как данность и работать в этих условиях. Недавний пример. Прошлый год. Затраты сельхозпроизводителей серьёзно выросли в связи с почти двукратным поднятием цен на удобрения. Заводы удобрений договорились скорректировать прайсы. Аргумент – вырос доллар. Логика такая: продавая удобрения заграницу мы отлично зарабатываем, а тут что ли будем довольствоваться меньшим? Премьер тогда провел «профилактическую беседу». Производители пообещали скидку в 30%. Нам, сельхозпроизводителям, от этого легче стало? А какая, в конечном счёт разница – убьют тебе молотком или кувалдой?

Энергетики – тоже молодцы! По-моему, у нас в Иркутской области должен быть самый низкий по России тариф. Каскад ГЭС на Ангаре еще при СССР возведен, амортизировалось всё давно уже. Но нам говорят: «Посмотрите на Бурятию. Там электроэнергия ещё дороже – и живут люди, работают!» А зачем мне на Бурятию смотреть? Причем тут другие регионы? Условно бесплатная электроэнергия – это естественное преимущество Приангарья, давайте его использовать по полной. Тогда крупные инвесторы, уровня Danone, к нам пойдут, заводы будут ставить.

Государство делает акцент на поддержке фермеров...

Для понимания. Алюминщики покупают электроэнергию дешевле, чем фермеры, чем население.

Да, государство говорит о поддержке сельского хозяйства но эти меры, мягко говоря, странные. Нас убеждают, что они макроэкономически грамотные, но, по-моему, – «никакие». Всё равно, что при плохом зрении подводить ресницы.

Предусмотрено субсидирование семейных ферм, начинающих. Моя позиция другая: если сам ничего сделать не может, нет смысла помогать. Поддержите тех, кто пять лет работает, и эффект будет в два раза больше. Нет, мы завлекаем людей в вечную кабалу и заставляем чувствовать себя неудачникам.

Но я с этим не воюю. Я это учитываю. И да, бывает, получаю субсидии.

Когда взвешивали всё «за» и «против» фермерства, не осознавали, что легко не будет?

Осознавал. Но, знаете, начинающим водителям тоже говорят: «В первый гололед не езди!» Вроде понимаешь, что по асфальту-то проще ездить, но думаешь: «Да и гололед – ерунда!» И вот однажды тебя несет, а ты ничего сделать не можешь… Тут-то ты и вспоминаешь, что тебя предупреждали. (Смеется)

И про сезонность меня предупреждали. Она в сельском хозяйстве еще жестче, чем в туризме. И только когда я в первый раз с ней столкнулся – весомо, грубо, – тогда понял, о чем речь.

И про сезонность меня предупреждали. Она в сельском хозяйстве еще жестче, чем в туризме. И только когда я в первый раз с ней столкнулся – весомо, грубо, – тогда понял, о чем речь.

С чего именно вы начинали как фермер? С каким капиталом?

На старте я вложил порядка трех миллионов рублей. Купил землю и лошадей в Ольхонском районе, потом коров. И пошло-поехало.

И со временем, в 2012 году у вас появилась собственная точка сбыта, магазин «Эко-базар». Но через интернет вы ведь раньше продавать начали?

Сначала я сдавал мясо на рынок. Но закупочная цена низкая, очень невыгодно. Тогда я занялся переработкой: стал делать копченую и сыровяленую колбасу, чипсы из копченого мяса. Дела пошли лучше. Тушу на рынке принимали тогда за 20-27 тысяч рублей, а я умудрялся «выжать» из нее 50-70 тысяч.

Какое-то время продавал свою продукцию через объявления в интернете, а потом появился интернет-магазин «Эко-базар.рф», а в 2012 году – первый магазин на ул. Депутатской. Правда, в 2014 году эту точку выкупил собственник помещения, а мы открылись по новому адресу – в центре Иркутска.

За смену сыроварный цех способен переработать до 1000 литров молока и выдавать 26 видов продукции. В производстве сыров нам помогают коллеги из Италии. Регулярно связываюсь с ними по скайпу

Несмотря на сложности, вы до сих пор в деле, считаете его перспективным. Можно сделать вывод, что тренд на правильное питание дошел до регионов. Люди готовы платить больше, но за натуральные продукты?

Два момента. Первое – я не очень уверен, что натуральное должно стоить заоблачно дорого. Да, фермерские продукты дороже того, что сегодня переполняет полки супермаркетов. Но разница в цене может быть не такой существенной. То, что мы не можем удешевить продукт, не жертвуя качеством, – это наша проблема, но мы работаем над ее решением.

Второе. Про кризис. Он, безусловно, сказался, хотя и не критично, на темпах роста наших оборотах. Но я не из тех, кто день и ночь выставляет себя жертвой ситуации. Я вообще считаю, что это «кризис понтов». До экономики, наконец, дошло, что мы не богатая страна.

Про кризис. Он, безусловно, сказался, хотя и не критично, на темпах роста наших оборотах. Я вообще считаю, что это «кризис понтов». До экономики, наконец, дошло, что мы не богатая страна.

Как вы думаете, без собственного производства можно открывать магазин фермерских товаров?

Можно открыть и сделать всё. Это будет ваш вариант маржинальности. Конечно, отлично иметь всю вертикаль, которую мы сейчас и пытаемся построить (может, через три года я другие слова буду говорить). Но в комплексе легче командовать затратами, управлять ценами и т.п.

Но, повторюсь, любой из участков сам по себе является доходным. Считаешь себя хорошим продавцом – окей, открывай магазин. Уверен, что из тебя выйдет отличный производитель – выращивай. Умеешь перерабатывать – дерзай! Заработать можно везде. Это 100%.

Но объединение всех участков помогает удешевить продукцию и при этом повысить маржинальность?

Да, это эффект полного цикла. Но одному всё не осилить. Потому эффективная модель в сельском хозяйстве – специализация и кооперация.

Если вы решите выращивать салат (и только его!), то вы станете таким чемпионом по салату. Отточите технологию до совершенства. И у всех салат будет по 2 рубля, а у вас по рублю получится. А я буду рядом помидоры выращивать. Кто-то за навоз будет отвечать, а кто-то системы полива станет производить. Каждый в своем деле – ас. Так вот, если мы все объединимся, то наружу выдадим отличный и недорогой продукт. И его будет много, потому что каждый занимается отдельной темой.

Считаешь себя хорошим продавцом – окей, открывай магазин. Уверен, что из тебя выйдет отличный производитель – выращивай. Умеешь перерабатывать – дерзай! Заработать можно везде. Это 100%.

Вы сейчас условно описали модель сельского хозяйственного кооператива «Ольхонский», где вы председатель?

Схематично. Кооператив существует с 2011 года. Сейчас у нас 52 пайщика, и каждый человек занят своим делом.

Не так давно список пайщиков кооператива расширился. В феврале 2016 года вы запустил проект «Народная сыроварня» и для этого создали специальный целевой фонд. Вложиться в производство мог любой желающий. Какой минимальный порог инвестиций был установлен?

Из возможных вариантов инвестирования (паевой взнос, долевое участие, кредитование) мы выбрали целевые паи на проект «Народная сыроварня» в кооператив «Ольхонский». Этот вариант проясняет доход: в отличие от вложения в долю предприятия - известны срок, сумма вложений, доходность пая в отличие от вхождения в долю. Снижает риски инвестора - кооператив отвечает всем своим имуществом, прописана законодательная процедура. Упрощает процедуру управления - один пай - один голос. И выделяет проект внутри кооператива, т.е. ясно направление вложения, в отличие от кредита.

Минимальный пай – 10 тыс. рублей. Общий объём инвестиций – около 5 миллионов рублей. На сегодняшний день у Народной сыроварни 52 пайщика. У нас девиз: от единиц к тысячам, от миллионов – к миллиардам. Кстати, первые дивиденды уже выплачивались.

Почему вы предложили людям вложиться именно в сыры?

На рынке молочной продукции много фальсификата. Недавно, из новостей нам рассказывали о примесях гипса, обнаруженных Россельхознадзором. Правда/нет? Решает каждый сам. Но, наверное, больше половины «сыра», представленного на российском рынке сыром не является. Неудивительно, что те, кто ищет качество, покупают у фермеров, ищут магазины эко-продуктов. Особенно на фоне санкций. У нас сейчас сыры – лидер по темпам роста продаж.

А цена иркутской рикотты и моцареллы?

В интернет-магазине Рикотта – 590 руб./кг, моцарелла – 750 руб./кг.

Народная сыроварня открылась в июне этого года. Но ведь итальянские сыры под вашим руководством в Иркутске стали делать гораздо раньше?

Первую сыроварню мы открыли при нашем первом магазине – в 2012 году, в 2013 году расширились: представители иркутской сети супермаркетов «Слата» выступили главным инвестором. Молоко было местное, технологиям научили итальянцы. Создали бренд «Байкальские фермы».

Но, как показала практика, у большой сети и у производителя интересы разнятся: сети важен эксклюзив, мне – внешний рост. Наши дороги разошлись, но в любом случае, это был отличный опыт. Он подтолкнул меня как предпринимателя на новый уровень – я научился вживую отличать владение от управления.

Сельскохозяйственные кооперативы работают и в других регионах России. В Санкт-Петербурге Игорь Белоусов возглавил кооператив «Семейный капитал». Кооперация развита в Башкирии и Астрахани. Эта модель популярна на Кавказе, в силу традиционной общинности

В Италии сотни видов сыра. В народной сыроварне вы пока освоили технологию изготовления нескольких мягких сыров?

Начали с качотты, рикотты, моцареллы. Эти сыры быстро созревают, но и портятся тоже быстро. Потому варить их рядом с потребителем – отличный вариант.

За пределы региона продукцию поставлять не собираетесь? Спрос на импортозамещающую продукцию есть...

Есть такая сверхзадача. Но «сверх» не значит «нереальная». Кооперативы – это «тема». Вместе – мы сила. Уверен, что мы и наружу со временем сможем продавать. Для меня внешние рынки – это и соседние регионы, и Китай, где дефицит неиндустриальной, натуральной еды. Народная сыроварня – это лишь звено первой цепи, которую мы строим. Мы отрабатываем модель взаимовыгодной кооперации некрупных инвесторов и сельхозпроизводителей, создаем зонтичный бренд для продукции производимой из сырья, выращенного в Байкальском регионе. Заработав некий имидж и деньги, мы можем идти далеко.

А то, что мы сегодня импортозамещением занимаемся – это ерунда. Работа на внутренний рынок. Защита и всё. Защищаясь нельзя победить. Можно максимум отстоять своё. А вот когда мы атакуем – другое дело. Самая выигрышная позиция: экспорт продукции и услуг из области, ввоз денег. А не наоборот.

На майском, региональном форуме «Экономические вызовы и новые возможности для бизнеса» вы рассказывали коллегам-аграриям, что действующее законодательство осложняет кооперацию. В чем суть проблемы?

Дело в том, что у нас законы наполовину списаны с российской кальки столетней давности. Но тогда была другая страна. Было много мелких собственников, у которых нет ничего, кроме кусочка земли и рук.

А сейчас... Сплошь «пролетарии», для них значение слова «собственность» дальше стола в квартире и машины не распространяется. Нет общин, нет массы мелких собственников. Тем более, дееспособных. Технологии тоже изменились, стали дороже: даже если нас сто человек скинется по пять тысяч рублей или десять по пятьдесят, то это не позволит нам организовать никакую переработку. Речь идет о миллионах на долгий срок. А закон не предусматривает возможность кооперации неравноценных собственников, с разными взносами и участием в деятельности.

В пример нам приводят Германию. Сотни лет небольшие хозяйства живут рядом, производят одно и то же, и им необходим совместный сбыт и переработка. Но там речь идет о сохранении, улучшении, а не о создании. Нам же нужно все создавать. Нужны длинные инвестиции. Тогда можно говорить о мощных проектах в АПК.

Между тем, даже в существующих условиях в Иркутской области появились продовольственные бренды, которыми регион гордится – «Янта», «Саянский бройлер», «Усольский свинокомплекс», «Белореченское»...

Да, вы правы. О «натуральности» этих продуктов можно спорить, но нельзя не признать: эти компании работают профессионально, по законам рынка. И они выходят в лидеры. Та же «Янта» может стать локомотивом экспансии иркутских производителей в Китай, где она давно имеет свой рынок.

Просто нам, внутри региона, нужно ориентироваться на сотрудничество. Не мечтать задавить конкурентов из своего же двора. А вместе драться с «чужими».

Экспансия – это естественное стремление предпринимателя. По-моему, так. Я в том возрасте, когда уже могу и ещё могу. Да, пока мы – маленький бизнес. Но амбиции у меня большие. Самурай не тот, кто победил. А тот, кто прошел свой путь безупречно.